«Инклюзивное образование: стратегии успешного включения в образовательный процесс уч-ся с нарушениями опорно – двигательного аппарата (из опыта работы)»


Полковниченко Елена Михайловна
МОБУ СОШ № 23 г., г. Таганрог, учитель начальных классов
«Инклюзивное образование: стратегии успешного включения в образовательный процесс уч-ся с нарушениями опорно – двигательного аппарата (из опыта работы)»
«Образование – право каждого человека, имеющее огромное значение и потенциал. На образовании строятся принципы свободы, демократии и устойчивого развития… Нет ничего более важного, никакой другой миссии, кроме образования для всех…»
Кофи Аннан, 1998
«Когда я стану взрослой, обязательно буду лечить животных!» - Вика говорит об этом уверенно, глаза горят, во всём чувствуется, как она увлечена. Ребёнок убедительно доказывает мне, что выбор её будущей профессии вовсе не случаен. И среди множества мотивов, так эмоционально обоснованных девочкой, красной нитью проходит мотив сострадания, хотя в ее речи практически нет привычного детского «Птичку жалко…». Я внимательно слушаю Вику и ни минуты не сомневаюсь: она будет! Собственно, весь смысл нашей беседы и заключается как раз в этом, таком простом глаголе – «БУДУ». Она мечтает о будущем, у нее есть стремление быть полезной, оказывать внимание, проявлять заботу. Сегодня она готова помочь братьям нашим меньшим, завтра – всему обществу.
Глядя на эту приветливую, бойкую, немного ироничную третьеклассницу, которая немного неуклюже двигается между партами, спеша к своей подруге, вряд ли кто поверит, что 3 года назад в жизнь этого ребенка ворвалась страшная трагедия: в результате несчастного случая на железной дороге Вика лишилась обеих ног.
Ампутация. Протезирование. Инвалидность… Об этом непросто писать и, тем более, говорить вслух. Как-то с трудом подбираются слова для спокойного, взвешенного обсуждения таких проблем. А если речь о ребёнке?! У нас об этих проблемах принято молчать. Наверное, именно поэтому мне было чрезвычайно сложно осознать самой, а потом подобрать нужные слова на организационном родительском собрании в первом классе, чтобы довести до сведения присутствующих решение родителей Вики о том, что их девочка-инвалид будет обучаться в классе, не на дому.
Оказалось, что мои опасения были напрасными. Сегодня, достаточно близко познакомившись с идеями инклюзивного образования, я понимаю, что меня «выручил» один из основных принципов инклюзии: дети-инвалиды должны посещать местный (находящийся рядом с домом) детский сад или школу. Эта идея «попала в десятку» в нашем конкретном случае: родители моих будущих первоклассников хорошо знали и ребенка, и ее родителей. Ведь девочка не один год росла рядом с их детьми в детском саду № 55. Буквально все с пониманием отнеслись к нахождению ребенка- инвалида в среде обычных школьников. Искреннее желание оказать посильную помощь было адресовано не какому-то далёкому несчастному ребенку, а своему, давно знакомому, – ведь Вика была подружкой чьей - то дочери, или близкой знакомой, или просто соседкой, живущей неподалеку. И это было не просто абстрактное сострадание или проявление такого же милосердия. Нет! В каждом взгляде, порой полном слез, читалась так необходимая и родителям, и ребенку, и мне, учителю, поддержка общественности.
Сегодня, оглядываясь назад, я очень благодарна, прежде всего, психологу, врачам, тренерам Санкт–Петербургского научно-практического центра медико–социальной экспертизы, протезирования и реабилитации инвалидов им. Г.А. Альбрехта, которые первыми дали возможность родителям Вики сделать правильный выбор в образовательной траектории обучения дочери. Именно они открыли ребенку с ограниченными возможностями путь к обучению вместе со сверстниками. В момент, о котором так неохотно вспоминает мама, когда всем казалось, что жизнь замерла и Вселенная остановилась, врачами была произнесена фраза о возможности обучения девочки в обычной школе. Эти слова и сыграли решающую роль в судьбе ребенка.
Несомненно, принять решение о возможности обучения ребенка-инвалида в общеобразовательной школе, определить степень его готовности включиться в учебный процесс должна специальная медико–психологическая и педагогическая комиссия. Но быть гарантом возможности такого обучения, обеспечить финансовую составляющую материально-технической базы учреждения, подтвердить его готовность к предоставлению образовательных услуг по инклюзивному образованию обязано государство.
Как вы понимаете, прекрасную добрую сказку о достаточном финансировании инклюзивного образования со стороны государства я рассказывать не буду. И вовсе не потому, что не хочу, а потому, что нечего сказать. Реалии инклюзивного образования по всей России и, в частности, в Таганроге хоть и движутся в позитивном направлении, правда, очень медленно, но подводных камней на своем пути встречают немало.
В течение трёх лет - Вика уже третьеклассница - я достаточно основательно изучила вопросы, связанные с инклюзивным образованием и в нашей стране, и за рубежом. Поэтому считаю возможным высказать некоторые мысли, касающиеся инклюзивного образования, поделиться своими впечатлениями и, возможно, показать некоторые пути выхода из определенных ситуаций, возникающих в процессе обучения ребенка-инвалида. И прежде чем я представлю конкретную модель образования ребенка-инвалида с нарушениями опорно-двигательного аппарата в общеобразовательной школе, я позволю себе обзорно осветить существующее на сегодняшний день положение с инклюзивным образованием в мире, и в России, в частности.
Еще Л. С. Выготский указывал на необходимость создания такой системы обучения, в которой ребенок с ограниченными возможностями не исключался бы из социума, т. е. из общества детей с нормальным развитием. Он считал, что основной задачей воспитания ребенка с нарушением развития является его интеграция в жизнь и осуществление компенсации его недостатка каким-либо другим путем. Л. С. Выготский одним из первых обосновал идею интегрированного обучения, которая успешно была реализована в практике работы школ Западной Европы и США и только в последние годы начинает все активнее воплощаться в России.
Интеграция как социально-педагогический феномен существует уже несколько столетий. История специальной педагогики знает немало примеров организации совместного обучения обычных детей с детьми с особыми образовательными потребностями. В большинстве случаев эти опыты не были удачными, так как учитель массовой школы не владел специальными методами и приемами обучения. Такая практика имеется в истории многих стран мира. Она получила название «псевдоинтеграция».
Параллельно с процессом псевдоинтеграции возник и получил широкое распространение процесс образовательной сегрегации детей с особыми образовательными потребностями. В ХХ веке было завершено формирование системы сегрегационных образовательных учреждений. В СССР к середине 80-х годов насчитывалось восемь типов школ для детей с отклонениями в развитии. Мировая педагогическая наука имеет и более тонко дифференцированную систему специального образования, насчитывающую до 12 - 13 типов.
В начале 60-х годов ХХ века наиболее благополучные в социально-политическом и экономическом отношении страны вступают на путь интеграции. К этому их побуждает необходимость проведения в жизнь международных актов, касающихся прав лиц с ограниченными возможностями. И к концу ХХ столетия во многих странах мира (США, Великобритания, Швеция, Германия, Италия, скандинавские страны) направление детей в специальные (коррекционные) образовательные учреждения представляется уже крайней мерой, когда все другие возможности исчерпаны и не дали желаемого результата. В педагогической практике этих стран реализуется принцип интегрированного подхода - предоставление детям с проблемами в развитии возможности обучения в массовой школе вместе с обычными детьми. Принятие интеграции населением, каждым конкретным человеком - это результат длительного процесса воспитания всего общества. Это формирование, причём с раннего детства, мышления нового поколения, (а возможно, и не одного), для которого интеграция стала бы мировоззренческим аспектом.
Ключевым моментом этой концепции является убежденность в том, что люди с ограниченными возможностями жизнедеятельности и трудоспособности не приспосабливаются к правилам и условиям общества, а включаются в его жизнь на своих собственных условиях, которые общество понимает, учитывает и принимает.
В последние годы за рубежом, в США, Канаде, Великобритании, на смену понятию «интеграция» приходит понятие «включение» (inclusion). Этому способствовало распространение декларации ЮНЕСКО о мерах в социальной политике, декларирующих «включающее образование» (Испания, г. Саламанка, 1994г.).
Какова же основная идея инклюзии как включения (не интеграции!) в образовательный процесс? Механическое объединение в одном классе детей с обычным и особым развитием не означает полноценного участия последних в жизни класса. Английский глагол includ переводится как содержать, включать, охватывать, иметь в своем составе. Поэтому слово inclusion закрепилось в качестве термина, в большей степени отражающего новый взгляд не только на образование, но и на место человека в обществе. Таким образом, понятие включающее или инклюзивное образование представляет собой такую форму обучения, при которой учащиеся с особыми потребностями:
посещают те же школы, что и их братья, сестры, соседи;
находятся в классах вместе с детьми одного с ними возраста;
имеют индивидуальные, соответствующие их потребностям и возможностям учебные цели;
обеспечиваются необходимой поддержкой.
В современной образовательной политике США и Европы получили развитие несколько подходов:
расширение доступа к образованию (widening participation),
мэйнстриминг (mainstreaming),
интеграция (integration),
инклюзия, т.е. включение (inclusion).
Мэйнстриминг предполагает, что ученики-инвалиды общаются со сверстниками на праздниках и в различных досуговых программах. Интеграция означает приведение потребностей детей с психическими и физическими нарушениями в соответствие с системой образования, остающейся в целом неизменной, не приспособленной для них. Включение или инклюзия - реформирование школ и перепланировка учебных помещений так, чтобы они отвечали нуждам и потребностям всех детей без исключения.
На сегодняшний день в большинстве западных стран сложился определенный консенсус относительно важности интеграции детей-инвалидов. Государственные, муниципальные и частные школы получают бюджетное финансирование на детей с особыми потребностями, и, соответственно, заинтересованы в увеличении числа учащихся, официально зарегистрированных как инвалиды. Одним из факторов, определяющих уровень цивилизованности общества, является его отношение к людям, обделенным здоровьем и имеющим физические проблемы. Известно, что значительная часть людей с ограниченными физическими возможностями страдает не только от своих болезненных ощущений, но и от невозможности приспособиться к нормальному образу жизни. Их жизнь - сама по себе сплошной барьер, который они преодолевают ежедневно.
Положение об инклюзивном образовании включено в Конвенцию ООН «О правах инвалидов», одобренную Генеральной Ассамблеей ООН 13 декабря 2006 года.
Первые инклюзивные образовательные учреждения в нашей стране появились на рубеже 1980 - 1990 годов. Так в Москве в 1991 году по инициативе московского Центра лечебной педагогики и родительской общественной организации появилась школа инклюзивного образования "Ковчег" (№1321). По данным Министерства образования и науки РФ, в 2008 - 2009 учебном году модель инклюзивного образования была внедрена в порядке эксперимента в образовательных учреждениях различного типа в ряде субъектов Федерации: Архангельской, Владимирской, Ленинградской, Московской, Нижегородской, Новгородской, Самарской, Томской и других областях. Процесс набирает обороты, но очень медленно. Сегодня в Москве работает более полутора тысяч общеобразовательных школ, из них по программе инклюзивного образования - лишь 47.
Инклюзивное образование на территории РФ регулируется Конституцией РФ, Федеральным законом «Об образовании», Федеральным законом «О социальной защите инвалидов в РФ», а также Конвенцией о правах ребенка и Протоколом №1 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, Указами Президента Российской Федерации «О мерах по обеспечению государственной поддержки инвалидов» и «О мерах по формированию доступной для инвалидов среды жизнедеятельности», а также федеральной целевой программой «Социальная поддержка инвалидов», рассчитанной на период до 2010 года. В 2008 году Россия подписала Конвенцию ООН «О правах инвалидов». В статье 24 Конвенции говорится том, что государства-участники в целях реализации права на образование должны обеспечить инклюзивное образование на всех уровнях обучения в течение всей жизни человека.
Помимо инклюзивного образования, в России существуют и другие формы обучения детей-инвалидов с сохранным интеллектом, но с нарушениями опорно-двигательного аппарата, среди которых наиболее приемлемыми, на мой взгляд, являются:
индивидуальное обучение на дому - форма обучения детей-инвалидов, при которой преподаватели образовательного учреждения по индивидуальному расписанию посещают ребенка и проводят с ним занятия непосредственно по месту его проживания;
дистанционное обучение - комплекс образовательных услуг, предоставляемых детям-инвалидам с помощью специализированной информационно-образовательной среды, базирующейся на средствах обмена учебной информацией на расстоянии (спутниковое телевидение, радио, компьютерная связь и т.п.).
Итак, основательно изучив не только теоретические основы инклюзивного образования, но и конкретные условия, которые может предоставить наше образовательное учреждение, мы приступили к созданию модели образования, которая стала бы приемлемой для обучения ребенка – инвалида с нарушениями опорно-двигательного аппарата (протезирование обеих нижних конечностей вследствие ампутации в районе коленного и тазо – бедренных суставов). Были учтены рекомендации медиков, психологов, работавших с девочкой в медучреждениях, пожелания родителей. Скрупулёзно проанализирован опыт действующих вариантов обучения детей-инвалидов, изучены возможности рокировки учебного плана, после консультаций со специалистами разных уровней составлены рабочие программы…
Развитию инклюзивного образования чаще всего препятствует отсутствие необходимого материально-технического обеспечения школ. Особое место среди проблем детей с нарушениями опорно-двигательного аппарата занимает проблема доступа к учреждениям образования и здравоохранения, культуры и спорта, жилым зданиям и транспорту. И это делает их жизнь фактически изолированной от общества.
В данном случае не явилась исключением и наша школа: в ней не было предусмотрено никаких приспособлений, способных облегчить передвижение ребенка на протезах, ни на входе, ни во внутреннем пространстве школы. Таким образом, не обеспечив ребенка-инвалида возможностью безопасного нахождения в помещении школы, мы не имели права начинать очное обучение. И, несмотря на готовность родителей самостоятельно обеспечить безопасное передвижение их ребенка по школе, администрацией школы было принято решение о постепенном введении инклюзивного образования.
Законодательно не обеспечено финансирование пребывания ребенка с «особыми потребностями» в массовой школе. А ведь любой согласится, что оно чрезвычайно необходимо! Какая статья финансирования муниципального бюджетного образовательного учреждения предусматривает обеспечение финансовой поддержки монтажа пандуса, дополнительных поручней вдоль стен в местах опасных, представляющих затруднение для передвижения ребенка-инвалида, рельефное покрытие пола, дополнительные крючки и подставки для тростей? Многие проблемы могут быть решены за счет пожертвований родительского комитета школы. Никто не останется равнодушен. Благодаря родительскому сообществу, была решена главная проблема и в нашей конкретной ситуации – Вика могла самостоятельно, без сопровождения мамы, осуществлять передвижение по внутреннему пространству школы.
В период сбора материальных средств и выполнения монтажных работ девочке была предоставлена возможность домашнего обучения с элементами мэйнстриминга. Вика общалась со сверстниками на праздниках, в различных досуговых программах. Уже в ноябре она посетила «Праздник осени», потом был Новогодний карнавал, 8 Марта, «Праздник Букваря», «Прощание с 1 классом». С самого начала обучения девочка заняла активную позицию – читала стихи, самостоятельно готовила вокальную партию соло, а затем включалась в выступление классного хора, даже кружилась в хороводе вокруг Новогодней елки.
Вика иногда падала. Редко, но это случалось. То протез соскользнет на паркете (Где оно, специальное рельефное покрытие?!), то в переполненном помещении развлекательного комплекса во время массового мероприятия нечаянно толкнут. А в этом году мы столкнулись с такой проблемой, о которой говорить просто стыдно. Стыдно, потому что неожиданно столкнулись лицом к лицу с тем, насколько наши государственные учреждения не готовы принять в своих стенах людей с ограниченными возможностями. В Ростовском Музыкальном театре не оказалось лифта. А билеты для всего класса были закуплены на балкон третьего этажа! Сколько приятных волнений, девичьих переживаний по поводу наряда, причёски, трепетного ожидания волшебной встречи со сказкой было грубо, цинично перечеркнуто всего лишь отсутствием лифта. Пока ребёнок, как альпинист, покорял высоту третьего этажа, передвигаясь на протезах…
Невольно вспомнились фразы из интервью координатора проектов по развитию инклюзивного образования Региональной общественной организации инвалидов «Перспектива» Сергея Прушинского представителю агентства РИА Новости: «Считается, что общество должно заботиться о больном, помогать ему, защищать. Но ведь когда вы защищаете слабого, то всё за него решаете сами, не задумываясь о его собственных потребностях и возможностях. Существует иной подход к пониманию инвалидности – социальный. Согласно ему, инвалидность - это результат взаимодействия человека с нарушением здоровья с окружающими его архитектурными и «отношенческими» барьерами. Человек в инвалидной коляске только тогда чувствует себя некомфортно, когда перед ним лестница, по которой он не может подняться. Лестница не приспособлена для «колясочников», значит, они вне общества. Идеал - чтобы всё в обществе было приспособлено для всех. Не специально для инвалидов, а для всех граждан!» Да, далеко ещё нам до идеалов!
Вопреки боли, страданиям - скорее, душевным - взрослых, обучение в 1 классе завершилось. После успешных медицинских реабилитационных процедур Вика вошла в двери школы и приступила к обучению во 2 классе. И мы тут же столкнулись с рядом очередных проблем. Сегодня большинство директоров школ, учителей мало знают о проблемах инвалидов и не готовы к включению детей с ограниченными возможностями в процесс обучения в обычных классах. Отсутствуют квалифицированные специалисты, способные помочь в успешной адаптации ребенка-инвалида в массовой школе, – социальный педагог, воспитатель. Ещё в определенный момент выяснилось, что рядовой школьный учитель физкультуры не обладает достаточным багажом знаний, чтобы грамотно составить образовательную программу развития для ребенка-инвалида. А Вика твердо настаивала на том, что она будет заниматься физической культурой рядом с одноклассниками. Должности адаптивного педагога в штатном расписании не было. Да, впрочем, если бы и нашлась эта должность, обеспечить ее наличием специалиста данной области не представляется возможным.
Оставалось множество вопросов, ответы на которые находились не сразу и не всегда вселяли оптимизм: «Как довести до сведения всех учащихся школы, что появился ребенок, которого ни в коем случае нельзя толкать?», «Куда девать трость во время урока?», «Как помочь преодолеть 5 ступеней, отделяющих основное здание школы от пристройки, в которой находится столовая?», «Как быть с уроками музыки и физической культуры – кабинет и спортивный зал находятся на втором этаже?» И такие вопросы возникали практически каждый день. Страх перед очередной проблемой, вернее, перед невозможностью ее решить, вселял отчаяние. Но мы все вместе всё же двигались вперед.
Жизнь показала, что Вика способна заниматься не только в обычном классе массовой школы, но и в учреждениях дополнительного образования: в секции спортивного плавания, в кружке технического моделирования Станции юного техника, может участвовать в конкурсах и олимпиадах, успешно реализовывать себя в живописи и музыке, искусстве фотосъемки, может организовывать выставки своих лучших фоторабот, принимать участие в театральных постановках и даже танцевать! Каждый раз, рассказывая мне или своим одноклассникам об очередном достижении вне школы, Вика не скрывает радости. Для нее это не просто грамота – это очередная победа. Победа над чувством неполноценности, психологического дискомфорта, победа над болью. Я уверена: Вика не будет испытывать страха перед взрослой интеграцией в общество.
Инклюзивное образование – достойная поддержка для ребенка- инвалида по пути к полноценному включению его в жизнь нашего стремительно развивающегося общества.
Наблюдая за выступлениями девочки в постановках школьных спектаклей, я понимаю, что, кроме развития основного общего инклюзивного образования, назрела необходимость ориентировать и государственную систему дополнительного образования на работу с детьми-инвалидами.
Любые проблемы при желании можно решить. И на сегодняшнем этапе развития общества, законодательной системы, системы образования сделать жизнь ребенка-инвалида полноценной, активной может любая образовательная среда, включающая в себя образовательное учреждение с его администрациёй, обеспечивающей нормативно-финансовую составляющую инклюзивного образования; с педагогами, вооружёнными специальными знаниями и умениями по заявленной проблеме; с родителями, стремящимися к полноценному включению своего ребенка-инвалида в жизнь общества.
Инклюзивное образование, если оно грамотно организовано, помогает предотвратить дискриминацию в отношении детей с особыми потребностями. Его становление будет возможным только при объединении усилий педагогов, родителей, общественных организаций, представителей законодательной и исполнительной власти.
Сейчас Вика находится в Санкт-Петербурге в стационаре, проходит очередной комплекс реабилитационных мер, предусмотренных по медицинским показаниям. На этот период специально для нее разработана индивидуальная программа обучения на дому с элементами дистанционного обучения.
В классе все с нетерпением ждут ее возвращения. Здесь царит теплый климат, в котором все чувствуют себя уверенно и безопасно, продуктивно воплощают в жизнь идеи современного образования и … просто живут. Менять что-то в модели образования дочери семья Вики не собирается.
Список использованной литературы:
http://obrazovanie.perspektiva-inva.ru/index.php?id=388
http://www.job-today.ru/igevsk/stat/ST_2007/st489_3.htm
http://www.rian.ru/edu_analysis/20090806/179926635.html;
Александра Шпагина. Инклюзивное образование в России. Грани и проблемы;
Кирилл Умрихин, «Даниель Берт (Daniel Burt): «Мы не настолько ограничены, как нам кажется…»» - фоторассказ о своей встрече с одной из участниц чемпионата мира по серфингу. http://neinvalid.ru/novosti/daniel-bert-daniel-burt-my-nastolko-ogranicheny-kak-im-kazhetsya/#more-542 ;Л.С. Выготский. Полное собрание сочинений т.5, «Дефектология»;
Лиза Белкин «Примеры инклюзии: “Опыт одного класса”» New York Times, 12 сентября 2004;
М.Н. Реут, заведующая кафедрой коррекционной педагогики Института развития образования Республики Татарстан, к. соц. н., доцент. Интернет-лекция «Инклюзивное образование детей с нарушениями развития»;
Материалы Альянса правозащитных организаций "Спасите детей" ("Save the children");
Материалы с сайта http://www.dislife.ru/ ;
Материалы сайта «Образование и инвалиды» http://school.msk.ort.ru/integration/index.php;
Проект «Интеграция»;
Сергей Прушинский. «Об обучении детей-инвалидов в общеобразовательных школах». Материал подготовила Елена Кузнецова  (ГУ-ВШЭ), специально для РИА Новости.

Приложенные файлы


Добавить комментарий