Творчество композиторов.

Творчество великих музыкантов.
ЛЮДВИГ ВАН БЕТХОВЕН
( 1770 – 1827 )

Музыка нужна всем. Она может дать человеку радость, наполнить его восторгом и счастьем, может потрясти, взволновать, вызвать слезы и грусть. «Музыка - писал известный русский музыкальный критик А.Н.Серов, - доказывает то, что словами нельзя или почти нельзя выразить. Это свойство музыки составляет ее главную прелесть, главную чарующую силу Она – непосредственный язык души».
Во все времена люди стремились к музыке. Она является неотъемлемым элементом культуры, духовной жизни человека, способствует формированию его духовного облика, воспитанию культурного, всестороннего развитого человека нового общества. Слово, сказанное о музыке, должно помочь любителю музыки услышать ее, разобраться в ней, проникнуть в творческий мир композитора, узнать, когда и как он жил, почему написал данное произведение, почему избрал именно этот жанр, тему, сюжет, какими средствами выразительности пользовался, чем его произведения отличаются от других, подобных.
Западная Европа. XVIII век. Очень далекое от нас время. Совсем иные социальные условия, иные формы быта и музыкальной жизни. Эта эпоха в музыкальной культуре ознаменовалась расцветом венского классического стиля. Слова «классический», «классика» известны каждому.
Мы часто употребляем их в обиходном значении применительно к общепризнанным шедеврам литературы и искусства. И это не случайно, ведь латинское classicus, от которого произошли данные термины, переводятся как «образцовый».
Однако есть и специальное, искусствоведческое толкование этого понятия. Оно связано с теми явлениями в театре, литературе, живописи, скульптуре, музыке, которые отличает сочетание особой глубины и разнообразия содержания с исключительным совершенством, рельефностью, отточенностью его воплощения. Так, во Франции XVII столетия возникло направление, получившее название классицизм. Эта была эпоха расцвета французской абсолютной монархии, оказавшей высочайшее покровительство придворному искусству и требовавшей от него пышности и великолепия. Драматурги, архитекторы, скульпторы, художники той поры обратились к античности, найдя в ней фундамент, на котором они смогли развивать собственное творчество. В основе их эстетики лежало убеждение, что все в
Но все же самое яркое воплощение в музыке этот стиль получил гораздо позднее, во второй половине XVIII - начале XIX века, в творчестве представителей венской классической школы – К.В.Глюка, Й.Гайдна, В.А.Моцарта и Л.ван Бетховена. То обстоятельство, что это плодотворное направление выросло на австрийской почве, и прежде всего в Вене, не случайно. Объяснялось оно рядом причин, среди которых едва ли не главной был многонациональный состав населения. Благодаря ему Вена – столица огромной империи – вбирала в себя неисчерпаемые богатства поэтического и музыкального фольклора народов, живших на территории всей страны, да и граничивших с ней государств.
Другим фактором являлась исторически сложившаяся у венцев тяга к инструментальному музицированию, начиная от уличных ансамблей и кончая высокопрофессиональными исполнителями, выступавшими во дворцах высокой знати, соперничавшей друг с другом в блеске музыкальных увеселений. Музыкой занимались целые семьи, они составляли вокальные или инструментальные ансамбли, привлекая слушателей и ценителей из близких друзей и родных. Музыка была любимым развлечением королей и знатных вельмож. В роскошных дворцах содержались оркестры, композиторам заказывались сочинения для праздников и музыкальных вечеров. Большое место занимала музыка и в жизни множества людей низших сословий. Звучавшие во время церковной службы хоралы, часто на народные, хорошо знакомые мелодии, крупные вокально-хоровые произведения, импровизации на органе – фантазии, прелюдии и величественные, грандиозные фуги глубоко проникали в души слушателей. Словом, Вена была насквозь пропитана музыкой. Средоточие многогранного фольклора в Вене и органическая связь венского музицирования с народной стихией составляли важную предпосылку возникновения школы музыкального классицизма именно в этом городе.
Представить себе отдаленную эпоху можно, всматриваясь в картины художников, читая исторические книги и слушая музыку. Музыка всегда отражает свое время. Не только исторические события, стиль взаимоотношений, но моды, костюмы и жесты. Существуют определенные приметы, по которым слушатель легко может узнать музыку XVIII века. Всевозможные украшения, которыми расцвечивали звучание клавесина (трели, форшлаги, морденты), особые формулы сопровождения мелодии, одинаковые каденции встречаются в музыке на каждом шагу, но композитор находит свой единственно верный вариант применения этих формул, соответствующий его замыслу. То, как использует композитор эти «клише», что говорит с помощью этих приемов, - и является его подчерком, его стилем.
Хотя высшие достижения классицизма и связаны с Австрией, он отнюдь не может считаться локальным явлением. Напротив, во второй половине XVIII века классицизм становится господствующим течением в художественной культуре разных европейских стран. Венская классическая школа подытожила многие процессы, тенденции и явления, которые на протяжении долгого времени зрели в европейском искусстве.
Вместе с тем она охватила новым настроениям и идеям, охватившим наш континент в ту далекую эпоху, которая вошла в историю культуры под названием века Просвещения – широкого движения в философии, литературе, искусстве, охватившего все европейские страны. Само название «Просвещение» объяснялось тем, что философы этой эпохи стремились просвещать своих сограждан, обличать перед ними пороки, раскрывать им истинные ценности. Целая плеяда мыслителей посвящала себя решению наболевших вопросов, касающихся устройства человеческого общества, выяснению самой природы человека, его возможностей и прав.
Просветители исходили из представления о всемогуществе человеческого разума. Вера в человека, в его разум определяет светлый, оптимистический настрой, присущий воззрениям крупнейших деятелей Просвещения.
Каждое крупное явление в музыке начала XIX века восходит к искусству эпохи Просвещения. И тем не менее даже между Бетховеном, завершителем музыкального классицизма, и его непосредственными предшественниками – Глюком, Гайдном, Моцартом – нет прямой, непрерывной преемственности. Между двумя примыкающими друг к другу художественными поколениями происходит исторический рубеж. Грандиозный общественный переворот, осуществленный народными массами Франции в конце XVIII столетия, совершил перелом и в музыкальном искусстве. «С Французской революции начинается новая эра музыки – музыкальный XIX век» (Асафьев).
Вызвав процесс всесторонней демократизации общественной жизни Европы, революция оказала огромное влияние на все области ее духовной жизни.
Музыкальная культура нового времени приобрела несвойственный ей при феодализме гражданственно-демократический характер.
Непосредственное воздействие на характер музыкального творчества нового времени оказала художественная жизнь революционной Франции, и прежде всего те новые формы творчества народных масс, которые были вызваны к жизни общественной атмосферой и играли роль прямых участников революционной борьбы.
Свергая власть феодалов, защищая границы родины от интервентов, французский народ, охваченный безграничным революционным энтузиазмом, создавал искусство, непосредственно связанное с политической борьбой. Художественная жизнь революционного Парижа поражает своей интенсивностью. Общественная атмосфера тех лет требовала драматических эффектов, их яркого театрализованного выражения.
Революционное вдохновение масс находило выход в создании новых художественных жанров. Вначале эта деятельность неизбежно носила стихийный характер. Но якобинская партия и французский Конвент, уделявшие много внимания демократизации культуры, прекрасно понимали воспитательную и агитационную роль искусства. Они сумели придать стихийному движению организованность и целеустремленность.
Принципиально новое в музыкальной культуре революционного периода – ее социальная направленность. Музыка превратилась в общественную силу, поставленную на службу государству, в активное средство гражданского воспитания. Ее идейное содержание посвящалось одной теме – пафосу революции, родине. Она стала выражением действия организованных масс.
Из дворцовых залов и театров музыка вышла на открытые площади, десятки тысяч слушателей становились музыкантами-исполнителями. Художественная жизнь настолько тесно переплелась с политическими событиями дня, что музыкальные произведения того времени могут служить своеобразной летописью революции.
В первые дни революции проявления народной радости находили выход еще в традиционных культовых песнопениях. Постепенно в вокальной и инструментальной музыке выработались свои типичные героические интонации. Многие из них сложились как обобщение выразительных элементов, которые характеризовали классические образы героики в операх и симфониях XVIII века.
Мелодика отличается «крупными контурами». Она основывается на аккордово-трезвучных, преимущественно восходящих звуках и часто содержит фанфарные обороты. В ней не осталось и следа от украшений, слабых окончаний, задержаний, присущих камерному «галантно-чувствительному стилю». Ритмы массовых жанров энергичны, просты и часто связаны с маршевой поступью (двудольный метр с пунктиром). Гармонизация – простейшего типа без хроматизмов и детализации. Динамические контрасты, нарочитое противопоставление звуковых красок усиливают впечатление композиции крупного плана.
Эти черты встречаются в музыке, принадлежащей различным авторам, и здесь нельзя усмотреть определенную закономерность стиля.
Роль духового оркестра в формировании искусства Французской революции в высшей степени значительна. В частности, для этого состава Госсек создал «Похоронный марш», положивший начало определенному жанру – музыке погребальных шествий. В нем отразились наиболее типичные черты массово-демократического музыкального стиля Французской революции. Объединяя мысли, чувства и волю народа, этот новый жанр отвечал идейной направленности передового искусства XIX века. В первом похоронном марше Бетховена (из Двенадцатой фортепианной сонаты), в его знаменитом «Marcia funebre» из Третьей симфонии запечатлелись героико-трагические образы погребальных шествий революционной Франции. Похоронный марш получил широкое распространение в музыке нового столетия.
Революционная Франция, страна высокой и старинной театральной культуры, оказала значительное влияние и на развитие оперного театра.
Путь создания музыкального театра, отвечавшего новым идейным запросам, был сложным. Тем не менее общая атмосфера ломки старых, отживших форм, смелые поиски нового отразились и на музыкальном театре Франции, породив ряд революционных направлений. В первые же годы революции наметилось стремление выйти за рамки окостеневших традиций – порвать с условностями ложноклассической трагедии и идеалистической патриархальностью комедийного жанра. Сказалось влияние и современного драматического театра.
Широкое внимание привлекали в те годы новые жанры революционных опер-апофеозов и агитационных опер, родственных отчасти современному драматическому театру, отчасти массовым революционным постановкам.
Реалистические сюжеты этих опер, содержавшие бытовые и сатирические мотивы, были направлены против духовенства, аристократов, против многих феодальных пережитков.
Однако не этим новым революционным операм было суждено увековечить эстетику революционной Франции. Путь к новой оперной школе лежал через слияние возвышенной героики и бытового реализма, он намечался в обнаружении нового эмоционального качества драмы и музыки.
Два русла французской оперы предшествующего периода слились в революционном театре. Одно из них связано с комической оперой, другое – с героико-трагическим театром Глюка.
В формировании нового музыкального театра главную роль играла комическая опера. Этот молодой вил искусства, родившийся меньше чем за полстолетия до революции, был проникнут идеями Просвещения. Он не был отягощен традициями отвлеченно-мифологических трагедий.
Сюжеты революционных опер были, как правило, лишены злободневности. Тем не менее их идейно-эмоциональный стой был близок эстетике драматического театра тех лет.
В целом музыка революционной Франции создала новый законченный художественный стиль, который ознаменовал громадный рубеж в развитии мирового музыкального творчества. Исчезло утрированное изящество, орнаментальность, камерность, типизирующие придворно-аристократическую эстетику XVIII века. И, наконец, все дальнейшее развитие музыкальных культур европейских стран было обусловлено тем новым пониманием гражданской роли искусства, которое принесла с собой Французская революция.
Его влияние на передовую музыкальную культуру последующей эпохи было огромным.
Музыкальное искусство эпохи Просвещения, несомненно, отразило сложные, напряженные духовные искания своего времени и характерные для него разнообразные, порой противоречивые художественные процессы.

Бетховен – это слава и гордость
всего цивилизованного человечества.
Его помыслы и чувства близки дороги
всем народам мира.
Д.Шостакович

Бетховен – одно из величайших явлений мировой культуры. Его творчество занимает место в одном ряду с искусством таких титанов художественной мысли, как Толстой, Рембрандт, Шекспир. По философской глубине, демократической направленности, смелости новаторства Бетховен не имеет себе равных в музыкальном искусстве Европы прошлых веков.
Людвиг ванн Бетховен родился в декабре 1770 года в небольшом немецком городе Бонне. Мальчик рос в музыкальной семье. Мальчик рос в музыкальной семье. Его дед играл на скрипке и пел в хоре придворной капеллы князя, наместника Бонна, а затем стал капельмейстером этой капеллы. Здесь же служил и отец композитора Иоганн ванн Бетховен в качестве певца-тенориста. Музыкальные способности мальчика проявились рано. Вполне возможно, что детство его сложилось бы иначе, имей он в это время такого чуткого и талантливого педагога, каким был отец Моцарта.
Отец Бетховена также обучал сына музыке. Но это был неопытный педагог, нечуткий музыкант, черствый, а порою жестокий человек. К дарованию сына он отнесся как к новому источнику доходов. Слава маленького Моцарта не давала ему покоя. Сначала отец учил Людвига играть на клавесине, затем музыкальные друзья отца научили играть его на скрипке, органе, альте. Принуждениями, побоями он заставлял четырехлетнего ребенка часами просиживать за клавесином, бесконечно твердить бессмысленные упражнения на скрипке по семь-восемь часов в день. А иногда у него появлялось желание позаниматься с ним и ночью. Он будил сына и сонного, плачущего заставлял играть на клавесине. Никакие уговоры перепуганной матери не могли помешать этим мучительным ночным урокам. И только яркий талант ребенка, его непреодолимое влечение к музыке помогли ему перенести такое жестокое обращение и не отпугнули навсегда от искусства.
В восемь лет маленький Бетховен дал первый концерт в городе Кельне. Концерты мальчика состоялись и в других городах. Отец, видя, что не может больше ничему научить сына, перестал заниматься с ним, а когда ребенку исполнилось десять лет, забрал его из школы. Развлечения отца требовали денег, рушилось материальное благополучие семьи. Измученная лишениями и невзгодами, заболела мать Людвига. С двенадцати лет мальчик был вынужден работать. Он поступил в придворную капеллу в качестве органиста. Тяжелое, безрадостное детство!
И только встречу Бетховена с Кристианом Нефе в 1782 году можно считать счастливым событием этих лет. Прекрасный педагог, композитор, органист, Нефе сразу распознал в мальчике замечательного музыканта, а главное – сумел понять своеобразие его таланта. Именно Нефе познакомил Бетховена с лучшими произведениями немецких композиторов – Иоганна Себастьяна и Филиппа Эммануэля Бахов, Генделя, Гайдна, Моцарта, создав тем самым крепкую основу для развития его творчества. Талант композитора наконец получил должную поддержку. Учитель помог Бетховену также напечатать первые сочинения. Среди них фортепианные вариации на тему марша композитора Дресслера и три сонаты для клавесина. Будучи сам человеком широко образованным, Нефе оказал на Бетховена большое влияние и в этом направлении. По его совету юноша много читал, изучал иностранные языки (латинский, французский, итальянский).
Окрепнув как композитор и пианист, Бетховен осуществил свою давнишнюю мечту – приехал в Вену, чтобы встретиться с Моцартом, услышать его советы. Он играл в присутствии прославленного композитора свои произведения и импровизировал. Моцарт был поражен смелостью и богатством фантазии юноши, необычной манерой исполнения, бурной и порывистой. Обращаясь к присутствующим, Моцарт воскликнул: «Обратите внимание на него! Он всех заставит о себе говорить!».
Но встречам двух великих музыкантов не суждено было продолжаться. Умерла мать Бетховена, так нежно и преданно им любимая. Юноша вынужден был принять на себя все заботы о семье. Воспитание двух маленьких братьев требовало внимания, забот, денег. Бетховен стал служить в оперном театре, играя в оркестре на альте, выступать с концертами, давать бесчисленное количество уроков. Начались суровые будни, тяжелая, полная труда и лишения юность. Редкие минуты отдыха Бетховен проводил, бродя по живописным окрестностям Бонна. Красота лесов, долин, тихих берегов Рейна вызывали у него слезы восторга. Любовь к родной природе он сохранил навсегда.
В эти годы у Бетховена складываются взгляды на жизнь, отношение к людям. Большую роль сыграли здесь его занятия в университете, который он, правда, очень недолго, посещал по совету Нефе. Как раз в Это время (1789год) по другую сторону Рейна, во Франции, свершилось великое событие – революция. Были провозглашены свобода, равенство, всечеловеческое братство. Эти высокие устремления восставшего против королевской власти народа нашли в душе Бетховена горячий отклик. Заветам революции он остался верен всю жизнь. Юноша полон сил, смелых замыслов. Энергия его ищет выхода в новых сочинениях, в концертной деятельности. Его родной город становится ему тесен. Встреча с Гайдном, проезжавшим через Бонн, укрепил в нем решение ехать в Вену и учиться у знаменитого композитора.
Переезд в Вену ознаменовал расцвет его творчества. В 1792 году двадцатидвухлетний композитор приехал в Вену, где и жил до конца своих дней. В то время Вена была одним из наиболее крупных музыкальных городов не только в Австрии, но и всей Европы. Сюда съезжались лучшие композиторы того времени. На сцене Венского театра ставились оперы, симфонические и камерные произведения звучали в концертах. Виртуозы соревновались в своем исполнительском мастерстве. Здесь жили и творили всемирно известные Гайдн и Моцарт. На улицах и площадях Вены играли народные музыканты.
Имя Бетховена вскоре получило известность. Сначала он завоевал Вену как пианист. Венцев поражали бурные импровизации молодого музыканта, богатство его фантазии. Клавесин с его звонким, но быстро затухавшим звуком уже не удовлетворял Бетховена. Он начал играть на новом тогда еще инструменте – фортепиано. Изобретенный в начале XVIII столетия итальянцем Кристофори, новый клавишный инструмент начал вытеснять в эти годы своего скромного предшественника. Только фортепиано, способное издавать громкие, яркие и певучие звуки, смогло выразить грандиозные замыслы Бетховена. Молодой виртуоз, в совершенстве овладевший техникой своего искусства, покорил слушателей, оставив далеко позади себя всех современных ему пианистов.
Не менее поразительным для Вены, привыкшей к ясной и жизнерадостной музыке Гайдна, к изящной и выразительной музыке Моцарта, были произведения Бетховена. Бурная, стремительная и порывистая музыка «Патетической» и «Лунной» сонат, грандиозная сила и мощь «Героической симфонии» говорили о каких-то новых чувствах, новых замыслах, порою остававшихся еще непонятными, но потрясавшими и покорявшими слушателей. Имя Бетховена ставят в один ряд с венскими классиками Гайдном и Моцартом.
Да и сам Бетховен как человек, его внешний облик, его отношение к людям ломали все установившиеся представления и правила. Без парика, с гривой густых черных волос, с упрямо сдвинутыми бровями и плотно сжатыми губами, он был к тому же слишком небрежно и просто, по понятиям того времени, одет. Все это резко выделяло его среди постоянных посетителей богатых гостиных, отличавшихся галантными, изысканно-вежливыми манерами. Нередко Бетховен был резок в обращении с богатыми вельможами. Он не переносил их высокомерного или снисходительно-покровительственного отношения к музыке, за которым зачастую скрывались невежество и ограниченность ума. С детства привыкший к труду, композитор был твердо уверен, что ум и трудолюбие выше знатности и богатства.
Но друзья композитора знали и «другого» Бетховена – веселого, отзывчивого. Его голубые глаза светились добротой и нежностью. Подобно Моцарту Бетховен терпел нужду и лишения. И он не стал придворным музыкантом, безропотно выполняющим приказания и капризы своих хозяев.
Трагедией жизни Бетховена была его глухота. Тяжелая болезнь заставила его сторониться и друзей, сделала замкнутым. Первые признаки болезни композитор почувствовал в 26 лет. Упорное лечение не помогало, глухота становилась все сильнее. Бетховеном овладело отчаяние, он готов был расстаться с жизнью. Но любовь к музыке, мысль, что он может принести людям радость, спасли его от трагической смерти. Он понял, что долг перед обществом, перед людьми выше, важнее его личных страданий. Из борьбы со своим недугом композитор вышел еще более сильным.
1802 год стал переломным и в творчестве Бетховена. Последующее десятилетие является наиболее плодотворным в жизни композитора. Приходит зрелость таланта, начинается бурный расцвет творчества. В эти годы им написаны многие из лучших произведений. Одна за другой следуют симфонии, вплоть до восьмой. Появляются на свет замечательные увертюры, среди них героические «Эгмонт», «Кориолан», грандиознейшая из фортепианных сонат «Аппассионата», знаменитая «Крейцерова соната» для скрипки с фортепиано. Тогда же были созданы замечательные фортепианные концерты, концерт для скрипки с оркестром, квартеты и, наконец, героическая опера «Фиделио». Требовательный к себе Бетховен пишет к опере одну за другой четыре увертюры (лучшая «Леонора»№3). Тогда же были написаны песни на тексты Гете и сделаны обработки народных песен. Это «героический» период творчества композитора. Слова, сказанные им однажды, относятся почти ко всем произведениям, написанным в эти годы: «Музыка должна высекать огонь из груди человеческой».
Однако Бетховеном написано немало произведений иного рода. Среди них «Пасторальная симфония», соната для фортепиано «Аврора».
К Бетховену приходят всемирная известность и уважение. Его «академии» имеют огромный успех. Произведения издаются. Но композитор продолжает совершенствовать свое мастерство. После занятий с Гайдном он пользуется советами различных педагогов. Бетховен полон энергии, радужных надежд. Лучшие, счастливейшие годы жизни!
Но неудачи и огорчения уже приближались. Прошение Бетховена о постоянной работе при оперном театре осталось без ответа. Материальные затруднения становились с годами все ощутимее. Сословные предрассудки общества не дали ему возможности создать семью, мешали его счастью. Графиня Тереза Брунсвик, горячо им любимая, так и не стала его женой. Бетховен был оскорблен, он глубоко страдал.
Усилившаяся глухота делала его все более замкнутым и одиноким. Бетховен перестал давать сольные концерты. Прекратились его выступления как дирижера, все реже и реже он бывал в обществе. Чтобы облегчить себе общение с людьми, Бетховен начал пользоваться слуховыми трубками. Это помогало ему также воспринимать музыку. Появились «разговорные» тетради, при помощи которых с ним общались его друзья.
Последние годы жизни и творчества. За годы, последовавшие за бурным подъемом, Бетховен написал значительно меньше. Это фортепианные сонаты, песни, объединенные в цикл «К далекой возлюбленной». До сих пор не удалось выяснить, к кому обращался композитор в этих песнях. Возможно, это была Тереза Брунсвик, нежные чувства к которой не покидали Бетховена до последних дней его жизни.
Но болезни, нужда, одиночество не могли сломить воли и мужества этого великого человека. ОН вынашивает грандиозные замыслы своих последних сочинений. В 1824 году появилась «Торжественная месса» ре мажор – хоровое произведение духовного содержания на латинском языке. А вслед за ней – величайшее произведение, венец всего творчества Бетховена – девятая (последняя) симфония. Глубина и значительность замысла потребовали необычайного для симфонии состава, в дополнение к оркестру композитор ввел туда певцов-солистов и хор. И на склоне дней Бетховен остался верен заветам своей юности. В финале симфонии звучат слова из стихотворения немецкого поэта Шиллера «К радости»:
Радость, юной жизни пламя!
Новых светлых дней залог.
Величественная, могучая музыка финала, напоминающая гимн, призывает народы всего мира к объединению, счастью и радости.
Это вершина – последний взлет гениальной мысли. Болезнь, нужда становились все сильнее. Но Бетховен продолжал работать. Последними его сочинениями были квартеты, необычные по своему строению, глубокие и сложные по замыслу. Лишь немногие из современников Бетховена могли понять эти новые произведения.
Среди горячих почитателей таланта Бетховена был немецкий композитор Франц Шуберт. Шуберт знал и любил музыку Бетховена. Он восхищался смелостью и независимостью суждений композитора. Но робость и чрезмерная скромность каждый раз мешали ему познакомиться со своим гениальным современником. Бетховен также знал музыку Шуберта. Он с похвалой отзывался о его сочинениях и высоко ценил его талант. Однако личное знакомство Бетховена и Шуберта так и не состоялось.
В последние годы жизни Бетховен страдал тяжелой болезнью почек. Было сделано четыре операции. Но ничто уже не могло помочь. Великий композитор умер ночью. Около него не было никого из родных. Похороны его превратились в грандиозную манифестацию. Гроб провожала двадцатитысячная толпа. Так еще при жизни композитора его музыка покорила сердца людей. Бетховен похоронен на Венском кладбище. Дом в Бонне, где он родился, превращен в музей.
Более двухсот лет прошло с тех пор, как умер великий композитор Людвиг ванн Бетховен, но его музыка остается вечной.
В творчестве Бетховена классическая музыка достигла своей вершины. И не только потому, что Бетховен сумел воспринять все лучшее из того, что уже было достигнуто. Современник событий французской революции конца XVIII века, провозгласившей свободу, равенство и братство людей, Бетховен сумел показать в своей музыке, что творцом этих преобразований является народ. Впервые в музыке с такой силой были выражены героические устремления народа. Обращенная ко всему передовому человечеству, его музыка была смелым вызовом эстетике феодальной демократии.
Историки музыки причисляют этого великого немецкого композитора к венской классической школе. И дело не только в том, что, родившись в Бонне, Бетховен большую часть жизни провел в Вене. Бесконечно важнее то, что сам строй его мыслей, сам дух и стиль его музыки связаны с творчеством Глюка, Гайдна и Моцарта. И не только их. Бетховену оказались близки многие явления европейской художественной культуры, возникшие в русле классицизма, и, органично претворив их в своих сочинениях, он достиг вершин в эволюции этого направления.
Творчество Бетховена явилось наиболее обобщающим и художественно совершенным выражением в искусстве народных движений Германии на рубеже XVIII и XIX столетий. Великий общественный переворот во Франции оказал непосредственное и мощное воздействие на Бетховена. Этот гениальный музыкант, современник революции, родился в эпоху, как нельзя лучше соответствующую складу его дарования, его титанической натуре. С редкой творческой силой и эмоциональной остротой Бетховен воспел величественность и напряженность своего времени, его бурный драматизм, радости и скорби гигантских народных масс. До наших дней искусство Бетховена остается непревзойденным как художественное выражение чувств гражданского героизма.
Мировоззрение Бетховена формировалось под воздействием революционного движения, распространившегося в передовых кругах общества на рубеже XVIII и XIX столетий. Как его своеобразное отражение на немецкой почве, сложилось буржуазно-демократическое Просвещение в Германии. Протест против социального угнетения и деспотизма определил ведущие направления немецкой философии, литературы, поэзии, театра и музыки.
Молодость Бетховена – пора, когда закладывались основы его личности, - пришлась на эпоху Просвещения, и его сочинения несут на себе отпечаток ее философии и эстетики, ее литературы и искусства. Очевидно, этим в значительной мере объясняется логичность мышления композитора, ясность форм, создаваемых им, величайшая продуманность всего художественного замысла и отдельных деталей его произведений. Присущее им потрясающее тембровое богатство, тонкий звуковой колорит, удивительное разнообразие и новизна гармоний никогда не заслоняют их строгой архитектоники.
Примечательно и то, что полнее всего Бетховен проявил себя в жанрах сонаты и симфонии, которые окончательно сложились и обрели совершенство именно в эпоху просвещения и именно у венских классиков – Гайдна и Моцарта.
Монументальность и героический характер бетховенских симфоний немыслимы вне связи с гражданской музыкой Французской революцией.
Однако сонатами и симфониями не исчерпывается наследие композитора; в нем множество произведений других жанров, таких, как увертюра, концерт, камерный ансамбль, вариации, фантазии, песни, музыка к театральным представлениям, опера, балет, месса, кантата, оратория и др.
Углубленное философское размышление и светлая созерцательная лирика, народная жанровая сценка, пастораль и погружение в бездонную пучину человеческого горя, страдания – все это было подвластно гению Бетховена, все получило выражение в его необъятном, словно космос, наследии. И все же в самых прославленных своих творениях он с грандиозным размахом воплощает героические образы, показывая их поистине титаническую борьбу с силами мрака. Суровый драматизм, непреклонное мужество, напряженное противостояние сил и, наконец, финальное торжество света и радости – вот художественный замысел многих его сочинений.
Чем же было обусловлено столь сильное тяготение Бетховена к героическим образам, к идее борьбы? Несомненно, в первую очередь складом его личности. Однако чрезвычайно важным оказалось и то сильнейшее воздействие, которое оказала на композитора Великая французская революция. Не одни лишь идеалы Великой французской революции, но и рожденною ею искусство, особенно музыкальное, поразило воображение молодого музыканта, наложив отпечаток на многие его творения.
Музыка неизменно сопровождала революционные события во Франции, сплачивая людей, поднимая их дух, поддерживая их пламенный энтузиазм. Большинство из них носило воинственный характер. В основе их – упругий ритм марша, военного похода, народного шествия.
В творчестве Бетховена запечатлелось великое пробуждение народов, героика, драматизм революционной эпохи.
Но связь Бетховена с музыкой французской революции этим не исчерпывается. В его сочинениях нашли претворение призывные интонации и чеканные ритмы, широкое мелодическое дыхание и мощная инструментовка гимнов, песен, маршей и опер этой эпохи. Они преобразили стиль Бетховена. Исчезает у Бетховена и свойственная его венским предшественникам плавность ритмического рисунка, камерная прозрачность фактуры, уравновешенность и симметрия музыкального тематизма. Композитор новой эпохи, он находит для выражения своих мыслей иные интонации – динамичные и беспокойные, резкие и упорные. Звучание его музыки становится куда более насыщенным, плотным, драматически контрастным. Его темы приобретают небывалую дотоле лаконичность, суровую простоту.
Грандиозность бетховенских конструкций, степень свободы развития в рамках традиционных форм, в том числе сонатной, многообразие самих типов тем, новизна гармонии и оркестровки, вообще широчайший диапазон выразительных средств поражали современников композитора, порой казались им странными, даже режущими слух. Но главное, что ошеломляло и зачастую вызывало непонимание слушателей, воспитанных на классицизме XVIII века, - это небывалая эмоциональная сила его музыки, проявляющая себя то в бурном драматизме, то в грандиозном эпическом размахе, то в проникновенной лирике.
Однако именно эти качества искусства Бетховена восхищали музыкантов, принадлежавших к новому художественному направлению – романтизму, зародившемуся примерно во втором десятилетии XIX века и господствовавшему почти до самого его конца. Трудно назвать композитора XIX века, который так или иначе не соприкасался бы с Бетховеном, не испытывал его воздействия.
Революционная тема ни в коей мере не исчерпывает собой наследия Бетховена. Несомненно, самые выдающиеся бетховенские произведения относятся к искусству героико-драматического плана. Основные черты его эстетики наиболее рельефно воплощены в произведениях, отражающих тему борьбы и победы, воспевающих общечеловеческое демократическое начало жизни, стремление к свободе. «Героическая», Пятая и Девятая симфонии, увертюры «Кориолан», «Эгмонт», «Леонора», «Патетическая соната» и «Аппассионата» - именно этот круг произведений почти сразу завоевал Бетховену широчайшее мировое признание.
Однако мир музыки Бетховена ошеломляюще разнообразен.
Психология нового человека, освобожденного от феодальных пут, раскрыта у Бетховена не только в конфликтно-трагедийном плане, но и через сферу высокой вдохновенной мысли. Его герой, обладая неукротимой смелостью и страстностью, наделен вместе с тем и богатым, тонко развитым интеллектом. Он не только борец, но и мыслитель; наряду с действием ему свойственна склонность к сосредоточенному размышлению. Ни один светский композитор до Бетховена не достиг подобной философской глубины и масштабности мысли. У Бетховена прославление реальной жизни в ее многогранных аспектах переплеталось с идеей космического величия мироздания. Моменты вдохновенного созерцания соседствуют в его музыке с героико-трагическими образами, своеобразно освещая их. Через призму возвышенного и глубокого интеллекта преломляется в музыке Бетховена жизнь во всем ее разнообразии – бурные страсти и отрешенная мечтательность, театральная драматическая патетика и лирическая исповедь, картины природы и сцены быта.
Наконец, на фоне творчества своих предшественников музыка Бетховена выделяется той индивидуализацией образа, которая связывается с психологическим началом в искусстве.
Не как представителя сословия, а как личность, обладающую своим собственным внутренним миром, осознавал себя человек нового, послереволюционного общества. Именно в таком духе трактовал Бетховен своего героя. Он всегда значителен и единен, каждая страница его жизни – самостоятельная духовная ценность. Даже мотивы, родственные друг другу по типу, приобретают в бетховенской музыке такое богатство оттенков в передаче настроения, что каждый из них воспринимается как уникальный. При безусловной общности идей, пронизывающих все его творчество, при глубоком отпечатке могучей творческой индивидуальности, лежащем на всех бетховенских произведениях, каждый его опус – художественная неожиданность.
Быть может, именно это неугасающее стремление раскрыть неповторимую сущность каждого образа и делает столь сложной проблему бетховенского стиля.
О Бетховене обычно говорят как о композиторе, который, с одной стороны, завершает классицистскую эпоху в музыке, с другой – открывает дорогу «романтическому веку». В широком историческом плане такая формулировка не вызывает возражений. Однако она мало что дает для понимания сущности самого бетховенского стиля. Ибо, соприкасаясь некоторыми сторонами на отдельных этапах эволюции с творчеством классицистов XVIII века и романтиков следующего поколения, музыка Бетховена на самом деле не совпадает по некоторым важным, решающим признакам с требованиями ни того, ни другого стиля. Более того, ее вообще трудно характеризовать при помощи стилистических понятий, сложившихся на основе изучения творчества других художников. Бетховен неподражаемо индивидуален. При этом он столь многолик и многогранен, что никакие знакомые стилистические категории не охватывают все многообразие его облика.
На протяжении всего творческого пути Бетховен непрерывно расширял выразительные границы своего искусства, постоянно оставляя позади не только своих предшественников и современников, но и собственные достижения более раннего периода. Достаточно сопоставить почти любые, произвольно выбранные произведения Бетховена, чтобы убедиться в невероятной многогранности его стиля.
Ни одну из бетховенских сонат нельзя выделить как наиболее характерную для стиля композитора в области фортепианной музыки. Ни одно произведение не типизирует его искания в симфонической сфере.
Иногда в один и тот же год Бетховен выпускает в свет произведения, столь контрастные между собой, что на первый взгляд трудно распознать черты общности между ними. Если же сопоставить произведения, созданные на разных, относительно отдаленных друг от друга стадиях творческого пути – например, Первую симфонию и «Торжественную мессу», квартеты ор, 18 и последние квартеты, Шестую и Двадцать девятую фортепианные сонаты и так далее и т.п., - то перед нами предстанут творения, столь разительно отличающиеся друг от друга, что при первом впечатлении они безоговорочно воспринимаются как порождение не только разных интеллектов, но и разных художественных эпох.
Но хотя возникновение и первый расцвет романтизма приходится на вторую половину творческого пути Бетховена и связь композитора с этим направлением бесспорна, его искусство по своим главным очертаниям не совпадает с ним. Однако оно не укладывается и в рамки классицизма при всей несомненной связи и преемственности с ним. Ибо Бетховен, как мало кто другой, неповторим и индивидуален. И кроме того, удивительно многогранен.
О едином художественном принципе, характеризующем произведения Бетховена, можно говорить лишь в самом общем плане: на протяжении всего творческого пути стиль композитора складывался как результат поисков правдивого воплощения жизни. Могучий охват действительности, богатство и динамика в передаче мыслей и чувств, наконец новое, по сравнению с предшественниками, понимание красоты привели к таким многосторонним оригинальным и художественно неувядающим формам выражения, которые можно обобщить только понятием неповторимого «бетховенского стиля».
По определению Серова, Бетховен понимал красоту как выражение высокой идейности. Гедонистическая, изящно-дивертисментная сторона музыкальной выразительности была сознательно преодолена в зрелом творчестве Бетховена.
На протяжении всего творческого пути он непрерывно расширял диапазон образов и выразительных средств.
Бетховен отверг все декоративное и условно-идиллическое. В его музыке исчезла не только изысканная орнаментика, неотделимая от стиля выражения XVIII века. Уравновешенность и симметрия музыкального языка, плавность ритмики, камерная прозрачность звучания – эти стилистические черты, свойственные всем без исключения венским предшественникам Бетховена, также постепенно вытеснялись из его музыкальной речи. Бетховенское представление о прекрасном требовало подчеркнутой обнаженности чувств. Он искал иные интонации – динамичные и беспокойные, резкие и упорные. Звучание его музыки стало насыщенным, плотным, драматически контрастным; его темы приобрели небывалую дотоле лаконичность, суровую простоту.
Основой творчества Бетховена обычно считают его фортепианную музыку. Действительно, композитор с детства овладевал искусством игры на фортепиано, и естественно, что среди его ранних, созданных еще в родном городе сочинений преобладали те, что были написаны для солирующего фортепиано или для ансамблей с его участием. Некоторые из них и по сей день входят в репертуар юных музыкантов. Индивидуальность Бетховена, новизна его уникального дарования раньше всего раскрылась именно в фортепианных сочинениях. Видимо, совершенное владение инструментом создавало особенно широкие возможности для творческих поисков и дерзаний, облегчало их. Не случайно именно в произведениях для фортепиано Бетховен часто открывал дорогу тому новому, неизведанному, что потом получало воплощение в симфониях, квартетах, увертюрах и других произведениях.
Обширнейшее фортепианное наследие Бетховена богато разными жанрами. Но среди багателей, танцев, рондо, пьес, многочисленнейших вариаций высятся, словно горная гряда, его тридцать две сонаты. Композитор создавал их в разные периоды своей жизни, и потому именно они полнее и рельефнее всего отразили его творческую эволюцию. Наряду с героико-трагическими среди сонат Бетховена есть и такие, в которых раскрываются различные лирические образы – пасторальные, жанровые, философские. Богатством содержания отличается и симфоническая музыка композитора – его симфонии (всего девять), увертюры.
От первых до последних произведений музыке Бетховена неизменно присущи ясность и рациональность мышления, монументальность и строгость формы, великолепное равновесие между частями целого, которые являются характерными признаками классицизма в искусстве вообще, в музыке – в частности. Он – последний композитор XIX века, для которого классицистская сонатность была наиболее естественной, органичной формой мышления, последний, у которого внутренняя логика музыкальной мысли господствует над внешним, чувственно-красочным началом. Воспринимаемая как непосредственное эмоциональное излияние, музыка Бетховена на самом деле покоится на виртуозно воздвигнутом, крепко спаянном логическом фундаменте.
Разумеется строй чувств в бетховенской музыке иной, чем у композиторов века Просвещения. Свойственный бетховенскому искусству громадный заряд энергии, высокий накал чувств, напряженная динамичность оттесняют на задний план идиллические «пасторальные» моменты. И все же, как и у композиторов-классицистов XVIII века, чувство гармонии с миром – важнейшая черта бетховенской эстетики. Но рождается оно почти неизменно в результате титанической борьбы, предельного напряжения душевных сил, преодолевающих гигантские препятствия. Как героическое жизнеутверждение, как торжество завоеванной победы возникает у Бетховена чувство гармонии с человечеством и вселенной. Его искусство проникнуто той верой, силой, упоением радостью жизни, которые пришли к концу в музыке с наступлением «романтического века».
Образ Бетховена навсегда остается связанным с идеалами свободы, равенства и братства, с борьбой за счастье человечества, с мечтой о радости. Музыка Бетховена близка тем, кто стремится влить свой голос в прекрасный хор из Девятой симфонии: «Обнимитесь, миллионы!».
Завершая эпоху музыкального классицизма, Бетховен одновременно открывал дорогу грядущему веку. Его музыка возвышается над всем, что было создано его современниками и следующим за ним поколением, перекликаясь подчас с исканиями гораздо более позднего времени. Прозрения Бетховена в будущее поразительны. До сих пор не исчерпаны идеи и музыкальные образы гениального бетховенского искусства.
«Бетховен – герой, Бетховен – вождь, и никогда, я думаю, он не был так нов, так необходим, как теперь. Хотелось бы думать, что не только над головами присутствующих, что скоро проповедь его начнет реять над головами миллионных масс, находить отклик в рабоче-крестьянских сердцах, что этот могучий, горячий источник любви, скорби и веры в будущее станет достоянием всего человечества»(А.Луначарский).










13PAGE 15


13PAGE 141615





Приложенные файлы


Добавить комментарий